Моими новыми работодателями на эти несколько часов стали Ольга и ее мама Вера Владимировна (имена изменены). Они занимаются коммерцией уже более десяти лет.
— За это время было разное, — в свободную минуту рассказала мне Вера Владимировна. — Нас обворовывали в поездах, продавали товар с браком, не возвращали деньги, взятые в долг. Тяжело переживали мы время застоя, когда заработанных денег едва хватало на оплату услуг водителя и покупку билета до Москвы. Но в отличие от многих мы устояли.
Наш рабочий день начинался в шесть утра. Бесконечное упаковывание и распаковывание вещей. Холод, дождь, жара — значения не имеет, все равно торгуем. Сейчас встаем чуть позже, разрешили себе немного расслабиться, потому что на рынке мы надежно заняли свое место, завели постоянных покупателей.
…Пока мы беседовали, Ольга молча наряжала манекены. В палатке появились красные, зеленые, бежевые, коричневые, золотистые наряды, и потихоньку началась утренняя торговля.
***
Я впервые узнала, что, оказывается, можно найти недостатки в своей фигуре даже при почти идеальной фигуре. Подошла к нашей палатке женщина средних лет:
— Ах, девушка, да что вы мне предлагаете? Я ни за что не надену светлый костюм! При таких полных бедрах, как у меня…
Я с удивлением посмотрела на нее. Бедра были в полном порядке.
— Но у вас почти идеальная фигура…
— И не спорьте со мной, мне лучше знать! — махнула она рукой и обреченно побрела дальше.
Были и другие, которые выражали недовольство своим животом, руками, ногами…
— Я совсем круглая! — вздохнула пожилая леди лет 60, примеряя костюм 48 размера.
— Знаете, мне кажется, когда я буду чуть постарше, мне о такой фигуре, как ваша, останется только мечтать…
Леди смущенно улыбнулась и в конце концов взяла костюм, который ей и в самом деле был очень к лицу.
***
Существенно затормаживали ход моих продаж подруги потенциальных покупательниц. Они кривили забавные мордочки и вздыхали: «Классный костюмчик, но слишком дорого, найдем подешевле». Или: «Тебе совсем не идет такая длина».
— Если девушка идет на рынок с двумя подружками, то чаще всего ничего не купит, — комментировала Ольга. — То одной из них что-то не нравится, то другой. Так же реагируют и мужья: «Нет, ты в этом слишком толстая!» или «Не хочу, чтоб ты носила такой цвет!».
Конечно, есть и другие, например, те, кто в ответ на вопросительный взгляд жены лишь улыбается и ласково говорит: «Ты во всем хороша, моя лапушка!» Легче выбирают те, кто приходит на рынок с мамой или сестрой. Родные лучше знают и вкусы, и возможности кошелька, и модели, которые идут.
***
В разгар рабочего дня меня развеселила пышная женщина. Она плавно выплыла из торговых рядов, развела руки в стороны, демонстрируя мне свои роскошные формы, и смущенно улыбнулась:
— Деточка, а на меня что-нибудь подберете?
Прелесть, как хорошо откликаться на зов людей с чувством юмора! Зато потом мою улыбку стерла настойчивая дама, которая мерила то один, то другой костюм, но покупать, видимо, ничего не собиралась. «Я пока только присматриваюсь» — объяснила она, уходя.
Вера Владимировна хмыкнула вслед:
— В принципе это обычное явление. Есть такие, кто всю палатку перетрясет, все вещи перемеряет, но ничего не возьмет. А еще у нас есть постоянные клиенты, которые часто возвращают товар. Поносят, а через неделю принесут обратно с объяснениями: «На работе мне сказали, что цвет отвратительный». Делать нечего, приходится забирать назад. А что потом с этим костюмом делать, не знаем. По вещи ведь сразу видно, что ее использовали.
***
Между бесконечными примерками появилось несколько свободных минут. Я выглянула из палатки «на улицу». Мимо меня беспрерывном потоком шествовала разноликая масса: усталые, оживленные, бесстрастные люди. И вдруг среди них приятным островком нарисовалось знакомое лицо:
— Привет, Ксюш! Ты что здесь делаешь?
— Работаю.
— А-а… Тебя тоже уволили…
Мой знакомец с сочувствием покачал головой и проследовал дальше.
***
Я на минутку задумалась: «Наверно, все эти женщины, смущенные несовершенством своей фигуры, — жертвы рекламы. Разве это проблема, если твое тело не соответствует стандарту 90-60-90? Неужели им никто не говорит, что они просто красивы?»
— …Дай зеркало! Ты что, оглохла? — быстренько вывел меня из раздумья раздраженный голос. Услужливо улыбнувшись и проглотив с этой улыбкой обиду на грубый тон, я схватила злополучное зеркало. Повертевшись перед ним минут пятнадцать, женщина окончательно фыркнула:
— Нет, нам это не подходит!
И ушла, всем видом выражая недовольство.
…Как странно, что после получаса тесного общения от тебя вот так резко отворачиваются. Будто ты внезапно стала невидимкой, пустым местом, навсегда растворилась в воздухе. Мне захотелось помахать ей рукой и крикнуть: «Эй, вы! Я еще здесь! Я СУЩЕСТВУЮ!» Но вряд ли вопросы мировоззрения молоденькой расстроенной продавщицы волновали ту недовольную покупательницу.
— А как вы реагируете на грубость? — обратилась я за опытом к Ольге.
Она улыбнулась:
— Никак. Просто делаю вид, что не заметила. За десять лет работы на рынке мы ко всему привыкли.
***
Мой рабочий день закончился во втором часу. У хозяек — гораздо позже, им нужно было укладывать в огромные сумки товар, собирать палатку, ждать водителя. Какой урок я получила из этого маленького эксперимента? То, что работать на рынке нелегко, понятно и так. Главное в том, что я получила редкую возможность посмотреть на себя, покупателя, со стороны. В чужих незнакомых лицах и недовольных репликах, как в зеркале, отразилась я сама. Стыдно. Теперь буду стараться соблюдать простейшие правила вежливости. По сути, это не так трудно — всегда и везде оставаться Человеком.
Остался последний месяц, когда можно подать заявление на прием в первый класс школы по территориальному признаку.
